Духовная история курения в России

 Вопрос об отношении Русской Православной Церкви к курению поднимался неоднократно, исследователи, изучая специализированную литературу, пытались дать объективный ответ. Думаю, при надлежащем интересе можно найти все труды по данной проблематике.

Я же хотел в этой краткой статье понять причину такой резко негативной критики к курению  со стороны РПЦ в современное время.

В России табак появился в конце 16 — начале 17 века в период Смутного времени. Его принесли поляки и литовцы. Царь Михаил Феодорович Романов сурово преследовал любителей табака. В 1634 г. был издан указ, по которому курильщик получал шестьдесят палочных ударов по подошвам, а если он попадался во второй раз, ему отрезали нос. По Уложению 1649 г. предусматривалось наказание тому, у кого был найден табак: бить кнутом до тех пор, пока не признается, от кого курильщик его получил. Суровые меры предусматривались по отношению к тем, кто торговал табаком: им резали носы и ссылали в дальние города. Однако усилия оказались безрезультатны, так как с приходом на престол Петра I, который был известным любителем курения, гонения прекратились. В 1697 г. были сняты все запреты, а Петр I предоставил англичанам монополию на торговлю табаком в России. Именно с этого времени курение в России начинает входить в привычку, отчасти и в среде священнослужителей. Подтверждение этому можно встретить, например, у святителя Николая Японского. В своем дневнике он писал: «Вечером скучно было и хотелось курить, а, между тем, бросил с воскресенья - более чем двадцатилетнюю привычку нелегко бросить»[1]. А вот уже более близкий пример наших современников, который можно найти у Б.К. Зайцева: «он вспоминал, что архимандрит Киприан (Керн), часто жаловался на монахиню Марию (Скобцеву), которая курила трубку,  и всё это «благовоние» приходилось вдыхать её окружению»[2].

Да и что скрывать, сама система духовного образования дореволюционного периода не запрещала курение. Очень интересную подробность приводит диакон Андрей Кураев, говоря о статусе профессоров Московской Духовной Академии XIX века. В день получки они расписывались в нескольких ведомостях: кроме зарплаты, они получали деньги на оплату квартиры, на приобретение книг, и отдельная графа была — на табак [3]. Еще один пример - фотографии выпусков Духовных Академий, на них студенты в неофициальной обстановке не стесняются фотографироваться с папиросами[4].

Указание на тот факт, что употребление табака в среде духовенства имело место, можно встретить и у светских авторов. Это  отмечают знаменитый психолог В.М. Бехтерев в одной из своих работ[5], В.В. Розанов, да и многие другие. Интересную подробность, касающуюся данной темы, находим в воспоминаниях жены Ф.М. Достоевского, Анны Григорьевны, которая с величайшим удивлением вспоминала, что после отпевания её супруга, на полу собора Александро-Невской Лавры не было найдено ни одного окурка. Судя по всему, для продолжительных богослужений того времени это выглядело удивительно[6].

Однако примерно в конце ХIХ века начинается переломный период, курение и вообще употребление табака воспринимается негативно. Сначала не всем соборным сознанием РПЦ, но резкая критика встречается довольно часто,  например в трудах праведного Иоанна Кронштадтского, святителя Феофана Затворника, хотя предпосылки подобных замечаний возникают раньше, например, у митрополита Московского Филарета (Дроздова).

Вследствие вышесказанного напрашивается вопрос:  так какова причина такой перемены   во взгляде на курение со стороны Церкви? Мне представляется возможным говорить о нескольких факторах, повлиявших на это.

Первый скрыт в историческом контексте, здесь не случайно указан период конца ХIХ века. Это не простое время, а переломный период в жизни страны, в умах людей. Отказ от табака - это осознанная реакция Церкви на дореволюционные и революционные события. Курение стало восприниматься не как показатель высокого статуса человека в обществе (курили раньше в основном люди из богатого сословия, интеллигенты), а наоборот, его маргинального  поведения и образа жизни, курить стали те, кто шел разрушать храмы, кто массово расстреливал священников, дымили на допросах комиссары, табаком пахли забитые до отказа тюрьмы. Естественно, все это побудило РПЦ пересмотреть отношение к табаку и  счесть его употребление неприемлемым для человека, носящего сан диакона или священника, да и простым мирянам рекомендовать отказаться от курения.

Второй стоит отнести к особенностям национальной культуры, менталитету. Например, никого сегодня не удивит священник Элладской Православной Церкви и  других  поместных Церквей, который курит, не вызывая со стороны людей недовольных взглядов, однако будет выглядеть непотребно если он выпьет. Здесь необходимо помнить, что греки долгое время были под турецким игом и многие привычки переняли от турок, в том числе и курение[7]. Для российского же обывателя священник или мирянин, выпивший на людях, воспринимается сносно, а вот закуривший вызывает ряд негодований и осуждений.

Считаю два данных фактора основополагающими, именно они повлияли на изменение отношения к употреблению табака со стороны РПЦ от лояльного  к крайне негативному.

А. Романов

Примечания:

1.    Святитель Николай Японский. Запись в дневнике 1.04.1880 // Праведное житие и апостольские труды святителя Николая, архиепископа Японского, по его своеручным записям. СПб., 1996. Ч. 1. С. 241.

2.    Зайцев Б.К. Далекое.- Москва, изд. «Советский писатель».1991. –  С.72

3.     http://lib.eparhia-saratov.ru/books/10k/kuraev/answer/87.html

4.    http://www.pravmir.ru/mysli-o-kurenii-i-kuryashhix/

5.    Бехтерев В. Предисловие // Краинский Н.В. Порча, кликуши и бесноватые как явления русской народной жизни. Новгород, 1900. С. III.

6.    http://www.pravmir.ru/mysli-o-kurenii-i-kuryashhix/

7.    http://www.pravmir.ru/mysli-o-kurenii-i-kuryashhix/