18 сентября 2030 г.

Памятка авторам журнала «Финиковой Компот»

Не все рекомендации, приведённые в этой памятке, являются строгими правилами. Содержательные требования представляют собой результат размышления участников редакции над тем, какие статьи мы хотели бы видеть в журнале, а какие — нет. В некоторых исключительных случаях редакция может их пересмотреть. Пересмотру не подлежат формальные и этические требования. Соблюдение формальных правил помогает работе редактора, корректора, а также является важным для разных систем учёта публикационной активности. Соблюдение требований по оформлению необходимо для стилистического единообразия будущего номера. Этические требования выражают позицию здравого смысла.

11 апреля 2018 г.

Анна Чальцева. Орхан Памук и жизнь

Примечание. Это эссе якобы основано на анализе философии книг Орхана Памука «Мои странные мысли» и «Музей невинности». Я и в самом деле буду использовать здесь содержание этих двух книг как платформу для отталкивания и как источник примеров. Но вся важность их для этой работы заключается в том, что они спровоцировали в моей голове определенные рассуждения, которые я здесь изложу. Рассуждения эти как таковые не являются эксклюзивным порождением сюжета этих книг, так как сами эти книги, по крайней мере, как я их понимаю, являются либо порождением подобных же рассуждений, либо другим их вариантом.
Понятие счастья в его каждодневном употреблении терминологически очень размытое, но интуитивно достаточно очевидное. В очень общей форме – что-то светлое, с размахом и от души, делающее жизнь легче и приятней. Все стремятся к счастью. Как минимум, периодически и интуитивно – те, кто берут на себя смелость отрицать счастье как необходимость и основополагающую ценность. Ведь невозможно брать на себя смелость каждую секунду своего существования. Счастье во многом сводится к желанию легкости, сбрасывании этого подспудно гнетущего бремени бытия.

21 января 2018 г.

О русском переводе "Метафизики" и отечественной философии в 90-е.

"ФК" публикует анонимное письмо из редакторской почты. Легко догадаться, что редактор философского журнала получает обширную корреспонденцию самого разного толка. Но редко в этом мутном потоке ловится что-то действительно стоящее. Мы с радостью делимся с вами исключением.


"Уважаемые гг. Издатели «Финикового компота». Некоторое время тому назад пришлось мне по служебной надобности (я работаю руководителем аналитического отдела в одном всем известном министерстве) бывать в Институте имени Сербского. Узнав, что я в 2012 году закончил (с красным дипломом) философский факультет МГУ имени М.В. Ломоносова, мне рассказали, а потом и показали одну примечательную личность, которая уже долгие годы проходит лечение в этом не без оснований известном и славном заведении. Его здесь называли просто Философом, потому что в начале 90-х он тоже обучался на моем факультете, а получил ли он диплом об окончании, ни с его слов, ни как-то иначе узнать мне не удалось. Благодаря какой-то протекции и своим довольно состоятельным, как мне сообщили, родителям он занимает в Институте отдельную палату, и согласно специальному разрешению ему позволено иметь книги, журналы, бумагу, ручки и карандаши. Без всего этого он-де впадает в состояние буйного припадка, чрезвычайно опасного для жизни, которого поэтому пытаются всеми силами избежать. Официальный диагноз, записанный в медицинской карте больного, мне известен, но врачи не придают ему особого значения, честно признаваясь, что это, в сущности, ничего не объясняет.


13 декабря 2017 г.

Астрофизика-философия — МГУ-Хельсинки

Философ астрофизики Анастасия Лазуткина о философских традициях Москвы и Хельсинки и современной философии физики

Окончила философский факультет Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, стажировалась на отделении теоретической философии университета Хельсинки. Научный руководитель диплома Алексей Алексеевич Ильин, научный консультант  Илкка Ниинилуото. В настоящее время изучает теоретическую физику в университете Лейпцига, Германия.


Финиковый Компот: Какой Вы видите разницу философского образования в Москве и в Хельсинки? Как различаются и в чём схожи наши сообщества?
Анастасия Лазуткина: В университете Хельсинки, как и в МГУ, — сильная логическая школа. Три семестра изучения логики на философском факультете МГУ дают студенту хороший бэкграунд для применения логического аппарата при анализе других проблемных областей. В Хельсинки, помимо наличия большого количества специализированных курсов по логике, сам логический аппарат широко применяется и на других курсах, напрямую не связанных с логикой. Главным отличием является то, что на философском факультете МГУ акцент делается на изучение истории философии, в то время как в Хельсинки главный акцент  на проблемах философии, а не её истории. В связи с этим по-разному строится учебная программа. Помимо этого, разное значение придается первоисточникам. В МГУ по курсу истории зарубежной философии студент обязан прочитать работы, например, Аристотеля, Канта, Хайдеггера и т.д. В то время как в Хельсинки история философии не является основной частью учебной программы: акцент делается на проблемах философии. Во время обучения на философском отделении в Хельсинки я столкнулась с удивившей меня ситуацией, когда студенты не могут ничего сказать, например, о Гегеле, кроме того, что он немецкий идеалист, и Фоме Аквинском, кроме того, что он комментатор Аристотеля, и в то же время их удивляет то, что в МГУ Фоме Аквинскому и Гегелю уделяется большее внимание, чем Хилари Патнему, Дэвиду Льюису, Солу Крипке, Джону Ролзу и т.д. Эта ситуация объясняется тем, что обучение на философском отделении в Хельсинки начинается с текстов современных аналитических философов. И основой для всех дискуссий являются идеи Рассела, Фреге и Мура, более того, знание их идей необходимо для поступления. Вот некоторые из тем, по которым нужно написать эссе на вступительном экзамене: "Булева алгебра", "Парадокс Рассела и его теория дескрипций", "Философия математики Витгенштейна", "Этический интуиционизм Мура", "Этический антиреализм: логический позитивизм, эмотивизм", "Философия языка Г. Фреге". Также важным отличием университета Хельсинки от МГУ является нефиксированная программа обучения, при которой студент сам выбирает список курсов, которые он планирует сдать, но у него есть возможность в любой момент изменить свой выбор. Кроме того, помимо основной специализации (например, философии, экономики, химии), студент должен выбрать дополнительную специализацию, по которой он будет сдавать экзамен. На философском отделении чаще всего такой специализацией становится биология, математика, физика. В результате происходит синтез наук и философии.

Astrophysics-Philosophy — MSU-Helsinki

Philosopher of astrophysics Anastasiia Lazutkina on the philosophical traditions of Moscow and Helsinki and the contemporary philosophy of physics




Graduated from Lomonosov Moscow State University, Faculty of Philosophy, exchange with a grant at the Department of Theoretical Philosophy of the University of Helsinki. Currently studies theoretical physics at Leipzig University, Germany.


Русская версия


Date Palm Compote: What is the difference between philosophical education in Moscow and in Helsinki? What is the difference and similarities between our philosophical communities?
Anastasiia Lazutkina: At the University of Helsinki, as in the Moscow State University, there has always been a strong logical school. Three semesters of studying logic at the Faculty of Philosophy of Moscow State University give a student a good background for the application of the logical apparatus in the analysis of other problem areas. In Helsinki, in addition to having a large number of specialized courses in logic, the logical apparatus itself is widely used in other courses that are not directly related to logic.

12 декабря 2017 г.

О фильме "Ильенков" (2017). Интервью с режиссёром

Александр Рожков — выпускник философского факультета МГУ, режиссёр

Финиковый Компот: Как сложилась твоя судьба после факультета?
Александр Рожков: Я решил не заниматься преподавательской деятельностью, а уйти в журналистику. Прошёл витиеватый путь от копирайтера в компании по обмену трафиком до новостника в информационном агентстве. Сейчас мой пыл в этом отношении как-то поутих. Хорошо, что на протяжении последних двух лет кроме основной работы я занимался ещё и фильмом. Это позволило мне прочувствовать, что больше нравится и отдать этому предпочтение.

ФК: Как пришла идея создания фильма?
А.Р.: Идея появилась ещё в 2013 году у моего товарища по университету. Мы взяли камеры, отсняли несколько интервью. Я даже сделал какие-то наброски сценария, но потом, к сожалению, работа заглохла. Вернуться к съёмкам мы смогли лишь спустя два года, когда у меня появилась возможность получить небольшие деньги на этот проект. С этого момента желание снять фильм крепко засело в моей голове. Сложностей было много, но в нужный момент я встретил хороших людей, которые помогли вывести фильм сначала на отличный визуальный уровень, а затем и на широкий экран. Хотелось бы поблагодарить Петра Ладена, Антона Курышева, Тихона Пендюрина. Вы — красавцы! Благодаря таким, как вы, ещё жива культура!

ФК: У вас в фильме показано довольно много редких фотографий. Это какой-то семейный архив?
А.Р.: Да, это уникальный семейный архив Елены Эвальдовны Иллеш, дочери Эвальда Ильенкова. И это только вершина всех материалов. В архиве в целостности и сохранности лежат письма Ильенкова, его тетрадки с пометками на полях и ещё много чего безумно интересного. За сохранность материалов и возможность работать с ними нужно, конечно, благодарить саму Елену Эвальдовну. Тем, кто захочет и дальше изучать наследие той эпохи, никак нельзя пройти мимо этого архива.

ФК: В начала фильма в кадре мелькают какие-то раздражающие странности, и только ближе к концу выясняется, что, зачем, почему. Это сознательный монтажный ход или эпифеномен?
А.Р.: Это сознательный ход. Странности — это отличная вещь. Мы хотели создать многоуровневый фильм, в котором есть что-то помимо говорения и картинки. Но вот что это — я всё-таки не скажу. Для этого нужно посмотреть сам фильм. Как говорил классик, "о чём нельзя говорить, о том следует молчать". Хотя в ситуации с фильмом всё, конечно, далеко не так радикально.

ФК: Многие обращают внимание на то, что в фильме почти ничего нет о конфликте Ильенкова с Дубровским. Почему вы решили про него не говорить?
А.Р.: Поскольку речь идёт о жизни философа, то опускаться до межличностных конфликтов означает пренебречь конфликтами идей, борьбой за истину. У Дубровского и Ильенкова, мягко говоря, были не самые лучшие отношения, но это их личное дело. Нам же в наследие достались их идеи, а идеи — главное, на мой взгляд, что оставляют после себя философы. Конфликт идей, а также причины, из-за которых Ильенков не любил позитивизм, мы, насколько это было в наших силах, показали в фильме. Нас упрекают в том, что мы якобы показали Дубровского чуть ли не предателем, хотя о нём в фильме не сказано ни одного слова. Это своеобразное эхо страстей реальной жизни, и пусть там продолжают кипеть страсти. Но мы снимали кино, а кино всегда должно оставаться чуточку наивным.

ФК: Будешь вкладывать фильм в Сеть?
А.Р.: Нет, пока не буду. Показы фильма не прекратятся. Мы планируем посылать его на фестивали, будут показы в университетах и везде, где его можно будет показать вне Интернета. За информацией о показах можно следить в группе в Facebook. Мы ждём новых зрителей.

ФК: Что, как тебе кажется, может дать советская философия и Ильенков в частности современной мысли?
А.Р.: Ильенков настаивал на том, что философия — это наука, но не чисто формальная, а содержательная, несущая мощнейший заряд гуманизма. Он показал, что мышление человека содержательно, поскольку оно неотделимо связано с культурой. И именно через изучение культуры мы можем понять самого человека. Пренебречь культурой — значит пренебречь самим человеком. Мне кажется, это очень важная идея для сегодняшней философии, в которой культура и человек всё больше становятся жертвами анализа и чисто технической мысли. Между тем, человек никак не хочет превращаться в робота или в связку хаотичных страстей. Он хочет быть творческой, созидающей личностью. Философия Ильенкова показывает, как добиться этого, приобщившись к подлинной культуре. Идеи Ильенкова находят самое широкое применение. Так, его понимание мышления лежит в основе теории развивающего обучения, которая была создана ближайшим другом и соратником Ильенкова Василием Давыдовым. Идеи же исследовательского метода восхождения от абстрактного к конкретному используются канадскими и финскими социологами. Таким образом идеи Ильенкова несут ещё и важное практическое значение.

1 декабря 2017 г.

Один день из жизни современного гуманитария

Молодому ученому в современной России приходится нелегко. Возьмем для примера молодого человека N. N просыпается по бу­дильнику в семь, чтобы в девять оказаться в одном из разбросанных по Москве ново­модных коммерческих колледжей, где он читает лекции по экономике и юриспруденции. Строго говоря, N ника­кого отношения ни к той, ни к другой научной области не имеет. N, вообще-то, философ. Но на философском факультете его стипендия составляет 2680 рублей в месяц, что, слава Богу, покрывает расходы на транспорт. (Кстати, как недавно узнал N от одного из студентов из Уфы, там студенческая стипендия даже немногим больше). Так что приходится выкручиваться. Отчитав четыре академических часа будущим бухгалтерам и отобедав наспех в столовой колледжа чаем с голубцами и холодным борщом, N в час дня выходит из колледжа и направляется в свою родную Alma Mater. Где-то в полтретьего он оказывается на фа­культете. Через полчаса начинается аспирантское занятие. Как известно, с 2013/2014 учебного года аспирантура стала очередным этапом образования, и аспиранты теперь должны посещать новые спецкурсы. Насколько они но­вые, правда, сложный вопрос, ведь за столь малое время вряд ли кто смог бы подготовить хороший учебный курс с нуля. После четырех академических часов аспирантских занятий N спешит домой, где его ждет девочка, которой в этом году предстоит сдавать ЕГЭ по такой псевдонауке, как обществознание. Любой выпускник философского факультета, разумеется, является специалистом во всех существующих псевдонауках. Поэтому N стал репетитором девочки по обществознанию. В девять часов девочка ухо­дит из дома N, и он садится ужинать. В десять N садится за компьютер и проверяет тесты абитуриентов факультета по одной из университетских олимпиад. Где-то в час ночи он отходит ко сну.