31 января 2013 г.

Про лень


Не позволяй душе лениться!
     Чтоб в ступе воду не толочь,
     Душа обязана трудиться
     И день и ночь, и день и ночь!
Н. Заболоцкий.

               Лень в моем понимании условно делится на два класса: лень физическую и лень душевную. Лень физическая – это лень в самом классическом ее понимании: отчаянное нежелание выполнять необходимую для себя, чего-то или кого-то физическую или умственную работу, сопровождаемое до тошноты сладким обволакивающим чувством в мышцах и мыслях.
               Почувствовав очередной приступ физической лени, я на некоторое время отдаюсь ей, слабею, томлюсь, ненавижу себя и презираю за бессилие. Чаще всего вылечиться помогает занятие отличного рода от нежелаемого. Корпение над книжками заменяю домашними делами, а домашние дела – прогулками.
               Лень же душевная стала предметом моих размышлений относительно недавно. Что я имею в виду под душевной ленью? Начну не с прямого определения, а с того, что для меня на первом месте – всегда человеческие отношения. Я считаю, что человек проявляется больше всего в том, что он делает для общества (пусть даже узкого круга близких людей), как он относится к другим, к результатам их деятельности. В рамках моего мировоззрения любить следует себя наравне с остальными, не позволяя себе больше, чем окружающим, но и не укоряя излишне себя за то, что простишь с легкостью другому. Желание понять и простить человека должно быть так же естественно, как и жалость к себе. Теперь достаточно очевидно, что душевная лень для меня – вращение только вокруг себя, эгоцентризм или наоборот, излишняя жертвенность. Душевная лень может обернуться бесконечным циклом расстройств, депрессий и мрачным взглядом.
               Физическая лень может быть побеждена с помощью универсальных рецептов, а борьба с душевной ленью часто требует пересилить кажущиеся неуправляемыми процессы. Но так ли нужно постоянно бороться с ленью?
               Лень – общепризнанный порок. Лень постоянно находится в списке самых страшных врагов человека. Признаваться в лености стыдно, неудобно, а признание – следствие либо полного безразличия, либо крайняя мера, последняя попытка оттолкнуть требующего, реже - бравада. Однако нельзя забывать и о том, что, порожденная инстинктом самосохранения, лень, как боль, призвана в помощь рассудку, чтобы предотвратить перенапряжение.
Уханаева Аня, ноябрь 2012

30 января 2013 г.

"Слизь"

        Лень всегда была жирной и вязкой, подобно солидолу. В ней увязало не одно поколение интеллектуальных насекомых, среди которых встречались порой довольно крупные экземпляры. Рожденная из тысячелетней усталости Юпитера и обреченная вечно обретаться на дне демонического пантеона, она медленно дышала парами серого уныния и сплина. Но видеть в ней только вред, значило бы быть моральным циклопом, потому как именно лень помогает человечеству в его восхождении к тотальной власти над миром и даже собственной природой. Возможно она является благом и алхимическим субстратом для получения философского камня всякому, кто знает толк в асане умирающего Будды. Аккумуляция энергии и ее поглощение, генерация идей куда более изощренных, чем механика лифта или стиральной машины. Однако порой лень может достигать и вселенских масштабов, в своей гипертрофированной форме, поселившаяся в разуме возвышенного человека, гения или ученого, чьи идеи жаждут воплощения путем сокрушительнейшего всплеска энергии покоя. Ему становится лень изучать чужую науку настолько, что движимый ленью он изобретает свою. Он создает собственную систему теоретических выкладок и методологическую базу, которая состоит чуть менее, чем полностью из авторских подходов, смелость и дерзость которых наморщит не один академический лоб. И здесь он патриарх и первооткрыватель, чей светлый лик найдет свое место в хрестоматии учителей человечества.

Магнус Моргенштерн