Истина — это здравый смысл, а не наоборот

Интервью с Джоном Сёрлом, американским философом здравого смысла, профессором Калифорнийского университета Беркли, работающим в области исследования языка, сознания, рациональности и социума, оказавшим большое влияние на исследования в области искусственного интеллекта (автор мысленного эксперимента «Китайская комната»), когнитивные науки и лингвистику (один из создателей теории речевых актов); автором работ «Что такое речевой акт?» (What is a speech act? 1965), «Метафора» (Metaphor, 1979), «Сознание, мозг и программы» (Minds, Brains, and Programs, 1980), «Открывая сознание заново» (The Rediscovery of the Mind, 1992), «Рациональность в действии» (Rationality in Action, 2001) и др.

Финиковый Компот: Каковы, на ваш взгляд, наиболее значительные достижения философии ХХ века?

Чему поучиться аналитическим философам

 






































Интервью с Джесси Принцем, философом, психологом и когнитивистом, профессором The City University of New York (CUNY). Принц работает в области философии сознания, эстетики, теории морали, теории эмоций и экспериментальной философии. Автор книг «Gut Reactions: A Perceptual Theory of Emotion» (2004), «The Emotional Construction of Morals» (2007), «Beyond Human Nature» (2012), «The Conscious Brain» (2012).

Финиковый Компот: Что вы думаете о разделении философии на аналитическую и континентальную?

Значение святого языка или забастовка ангелов против арамейского

Трудовой кодекс обеспечивает всем нам право на забастовку, если мы недовольны условиями, в которых работаем. Сегодня, когда в передовых странах всерьез задумываются о правах животных, мы порассуждаем о правах на забастовку…ангелов.

…Но начнём издалека, со времени, отстоящего от нас на полторы-две тысячи лет – именно тогда на Ближнем Востоке, в Вавилонии и в Земле Израиля завершалась кодификация традиции, существовавшей к тому времени уже не менее полутора тысячелетий. Тогда оформлялся окончательно Кодекс всех кодексов – Талмуд, который ныне имеется в двух изводах, названных по месту записи: Вавилонском и Иерусалимском.

Само слово талмуд на иврите значит «изучение». Но изучение чего? Изучение того, что в оригинале известно под аббревиатурой ТаНаХ, а в общеевропейской традиции – Ветхий Завет или Священное Писание. Но не только его. Если бы жизнь создателей Талмуда свелась к комментированию текста, то она была бы не такой красочной, какой была на самом деле, освещённой молниями дискуссий и озвученная громам споров о самой жизни: как о её смысле, так и об её мельчайших деталях.

Но для понимания Кодекса кодексов надо обращаться и к Книге книг – что и советуют нам мудрецы Талмуда, давая при этом рекомендацию: «Сказал р. hУна^[1] бар Иеhуда, [что] сказал рабби Ами: Пусть всегда человек [изучает] главу [Торы вместе] с общиной: дважды Писание, один раз – перевод [на арамейский]»^[2]. Язык Талмуда для непосвящённого и далёкого тёмен. Но, благодаря своей многозначности, весьма глубок. В данном высказывании рабби Ами, переданного р. hУной, задаётся парадигма изучения сакрального текста Пятикнижия, разбитого за пятьсот лет до них знаменитыми мужами Великого Собрания на пятьдесят четыре главы: по одной (реже – две) на неделю.

Ко времени начала фиксации устной традиции, давшей в итоге оба извода Талмуда, евреи уже несколько веков в быту пользовались арамейским языком, точнее одним из арамейских языков – иудео-арамейским. Огромные фрагменты последних книг ТаНаХа, книги Даниэля и Эзры, составлены на этом наречии. Несмотря на близость к древнееврейскому (ивриту), это всё же иной язык, чем тот, на котором вещали Избранному народу библейские патриархи, Моисей, ранние пророки и цари. Поэтому уже во времена Второго Храма стали появляться первые переложения ТаНаХа, и прежде всего Торы, Пятикнижия, на разговорный язык. Они называются таргумами, т.е. «переводами», от арамейского таргум. К моменту разрушения Храма появляются два самых известных таргума: буквалистский – к Пятикнижию, сделанный р. Онкелосом (который был ни много ни мало принявшим иудаизм племянником Нерона), и с аллегорическими объяснениями всего ТаНаХа – р. Йонатана бен Узиэля. Первый из них сразу стал каноничным и был взят на вооружение всеми изучающими Пятикнижие как полагается – по недельным главам. Именно про этот таргум и говорится в вышеуказанной цитате из трактата «Брахот».

Арамейский вошёл и в литургию: до наших дней сохранились и ежедневно всеми еврейскими общинами произносятся ряд молитвенных текстов, среди которых самые известные – кадиши («освящение»). Их существует шесть видов, и из-за того, что один из них читается на похоронах, не без помощи одноимённого произведения Александра Галича сложился миф, что кадиш – это-де такая еврейская заупокойная молитва, что, мягко говоря, не так. Это всего лишь специальное восхваление Б-га, читаемое в присутствии молитвенного кворума (миньяна) из десяти мужчин старше тринадцати лет. Но в целом, мудрецы запретили молиться по-арамейски. И дело не в том, что они были языковыми пуристами, сторонниками чистоты святого языка (иврита) – нет, дело было в онтологическом статусе арамейского.

Еврейская традиция утверждает, что Творец дал народам мира семьдесят языков, в которые не входят, по понятным причинам, иврит и…арамейский. По поводу последнего говорят, что касдим (т.е. халдеи) не будут народом^[3], следовательно, их язык точно не в числе семидесяти основных языков. Надо сказать, что традиция здесь основана на совершенно точном историческом факте: арамейский был lingua franca в Ахеменидской империи, охватившей весь Ближний Восток от Эфиопии до Индии. В самом деле, этот язык – «безродный космополит».

Сразу же после трагедии разрушения Второго Храма мудрецы, приводя в порядок богослужение отмечали в Талмуде: «Поскольку Молитва – это [просьба] о милосердии, можно молиться как угодно. Но разве можно [произносить] Молитву на любом языке? Ведь сказал рабби Йеhуда: пусть никто не просит о нуждах своих [в молитве] на арамейском языке. Ибо сказал рабби Йоханан: Всяким, кто просит о нуждах своих на арамейском языке, не занимаются ангелы служения, ибо ангелы служения не знают арамейского языка! – Здесь нет затруднения: то [сказано] об отдельном человеке, а это – об общине»^[4].

Рассеяние сделало своё злое дело и мудрецам пришлось пойти на уступку: было разрешено молится на разговорном наречии для того, чтобы большинство евреев могли молиться с нужным настроем (обязательное требование, предъявляемое в иудаизме к молитве), что невозможно, если произносишь текст на мало понятном тебе языке. Однако здесь учителя сразу оговорились: «Это касается только индивидуально молящихся!». А молитву миньяна обязали вести на святом языке, ведь в целой-то общине найдутся знатоки, да и от молитвы десяти взрослых мужчин Б-г никогда не отвернётся, в то время как для доставки «прошения» одиноко молящегося нужна «фельдъегерская служба» ангелов. Но здесь мы сталкиваемся с противоречием: ведь эта «служба» тут же завернёт беднягу, ведь она не доставляет сообщений на не понятном ей языке. Мало ли о чём просят в нём, ответственность весьма велика: Б-г испепелит мириады ангелов в миг, стоит Ему только захотеть!

Call for papers!

Philosophical magazine "Date-Palm Compote" is currently accepting manuscripts for future issues.

Call information: "Date-Palm Compote" magazine welcomes articles on various problems of contemporary philosophy from a vide range of approaches including nontraditional that are usually beyond the scope of  classical journals . It aims at bridging the gap between “Big science” and informal but thought-provoking talk.

"Date-Palm Compote" encourages the exchange of ideas, and illustrates the interdisciplinary work that is the hallmark of  contemporary philosophy.

"Date-Palm Compote" is published by a group of postgraduate students of the Philosophy Department of Lomonosov Moscow State University supported by Moscow Center for Consciousness Studies (hardproblem.ru).

Recommended Topics:

Topics to be discussed in the Fall issue include (but are not limited to) the following:

- papers on the philosophy of language, particularly about the problems of reference and the meaning of «meaning»;

Call deadline: 1 August (max 1500 words).

Topics to be discussed in the Winter issue include (but are not limited to) the following:

- papers about the problem of the external world;

Call deadline: 1 December (max 1500 words).

Other topics (for both issues) will comprise:

- papers on sociology and anthropology of academic life;
- historical papers on philosophical clubs and informal communities of philosophers (e.g. Platonic Academy, The Metaphysical Club in Harvard) It is possible to publish one long paper (max 4000 words) in parts  and publish them in the Fall and Winter issues.

Prospective authors should note that only original and previously unpublished articles will be considered. Articles submitted to the journal should normally be no longer than 1,500 words.

Please feel free to contact the Editorial Board for the extended deadline of submission.
An earlier submission will be reviewed sooner.

Сontact us:

loginovlosmar@gmail.com
issuu.com/datepalmcompote
twitter.com/FK_Moscow

О чём спорят российские философы?

Я давно хотел, чтобы ФК публиковал социологические или квазисоциологические заметки о делах русскоязычного философского сообщества. А раз чего-то хочешь − сделай это сам. Надеюсь, за этим эссе последуют другие, а настоящая работа будет самой дилетантской. Так что ФК ищет человека, который владеет соответствующим теоретическим инструментарием и желает писать о философах. Я не социолог и испытываю понятное для метафизика и историка философии раздражение от всякого социологизма. Я не ставил цели построить социологическую модель отечественной философии, описать или объяснить существующие в ней позиции исходя из существующих в обществе классовых, клановых или еще каких-нибудь значимых различий. Интересно знать, что думают мои коллеги, что читают и над чем работают.

Д.Р. Хофштадтер. Тест Тьюринга: Беседа в кафетерии (Фрагмент про модели, имитацию и объекты)

СЭНДИ: У Дэниэля Деннетта в его книге “Мозговая атака” есть похожее сравнение, только там он говорит об имитации ураганов.

КРИС: Это тоже отличный пример. Ясно, что когда компьютер симулирует ураган, внутри у него никакого урагана нет, память машины не разрушается от ветра, дующего со скоростью 200 миль в в час, на полу в компьютерной лаборатории нет дождевой воды и так далее.